Гудбай, Америка!

10.01.2013

В канун Нового года в редакции газеты Жуковские Вести прошло обсуждение скандального закона-ответа на «акт Магнитского»

В круглом столе приняли участие председатель благотворительного фонда им. Ю.А. Гарнаева «Русская береза» Оксана Гарнаева, художник Игорь Гугель и депутат городского совета Лаврентий Ловицкий

Юрий Трошин: Хотелось бы услышать ваше мнение по поводу так называемого антимагнитского закона. Каковы, на ваш взгляд, последствия его принятия?

Лаврентий Ловицкий: Отрицательно отношусь вообще ко всей постановке этого вопроса. Нельзя примешивать какие-то, как мы догадываемся, коммерческие, финансовые дела к детям. Причем здесь дети? Мне кажется, что это безнравственно. Когда только начинали принимать всякие законы об усыновлении наших детей за границей, у меня вырвалась фраза – они пытаются узаконить продажу наших детей? Государство расписалось в неспособности обеспечить будущее наших детей. У меня было послевоенное детство, у нас было много сирот, но все они были обеспечены. Пусть уровень достатка был не очень высок, но у детей было будущее, была вера в то, что что-то сделается. И я не могу понять, почему сейчас порядка двух миллионов беспризорных детей? Это позор для страны.

Ю.Т.: Если отставить в сторону вопрос о детях, нужен ли все-таки какой-то ответ на «акт Магнитского»?

Л.Л.: Ответ, наверное, должен быть, государство должно каким-то образом показывать свою самостоятельность и независимость. Но только не за счет детей.

Игорь Гугель: Если, допустим, не касаться части о детях, то это рутинные политические игры, которые всю жизнь идут между государствами. То они наших шпионов арестуют, а мы в ответ их шпионов арестовываем, то еще что-то. И, ради бога, играйтесь в эти игры, но нельзя заигрываться. Нам это дело Магнитского никто, в общем-то, и не объясняет, мы же ничего не знаем про него фактически. Оно какое-то совершенно мутное. Объясните нам, почему принят этот закон, хотя бы американскую сторону. Я могу понять обиду наших политиков: нас американцы щелкнули по носу, значит, обязательно надо ответить. Все эти политические игры понятны. Но дело в том, что можно ответить по-умному, а можно ответить бездарно, глупо и стать посмешищем на весь мир. Что и произошло, когда сюда прицепили эту часть с запретом усыновления наших сирот, детей-инвалидов. Потому что известно, что американцы выбирают не самых красивеньких девочек и мальчиков, они берут тяжелых инвалидов, безруких и безногих, и вытаскивают их из совершенно обреченного состояния, устраивают им нормальную жизнь, тратят на них огромные деньги. Мы знаем, что примерно с тысячью усыновленными в год американцами детьми-инвалидами все будет хорошо: им купят дорогостоящие протезы, наймут дорогих врачей и из них сделают полноценных членов общества. И хочется спросить депутатов – а что с ними теперь будет, когда их перестанут усыновлять американцы? То есть, по идее, этим американцам надо в ножки поклониться за то, что они взваливают на себя такой труд и занимаются таким святым делом. Ведь судьба этих инвалидов известна, если они останутся в наших убогих детских домах: они до двадцати лет практически не доживают. Достоевский говорил, что счастье всего мира не стоит одной слезы замученного ребенка. Хочется спросить депутатов – как они с этим будут жить? У меня возникло давно забытое чувство стыда за свою страну, которое я испытывал, когда, допустим, видел Леонида Ильича Брежнева в полоумном состоянии, разговаривавшего на высоких международных трибунах. И вот сейчас мне стало стыдно за державу. Мы можем стать в глазах всего мира страной-изгоем. Тем не менее, закон единогласно одобряется в Верхней палате. Очень подозрительно это единогласие. Такое впечатление, что всё идет сверху, и все просто берут «под козырек».

Ю.Т.: К вопросу о тяжелых инвалидах. Уполномоченный по правам детей Павел Астахов, к примеру, считает иначе. Он говорит – «72 % вывозимых из России детей являются малышами от 0 до 6 лет без всяких проблем и отклонений. И иностранцы в своих запросах просят именно таких детей».

Оксана Гарнаева: Я не статист, цифр не знаю. Я многодетная мать, у которой восемь детей: четверо кровных и четверо приемных. Я также председатель фонда, который уже давно помогает детям-сиротам. Причем помогает не просто корпоративными мероприятиями с воздушными шариками и мыльными пузыриками, а реально занимается их проблемами. И когда я копнула глубже, и поняла, что же такое проблема сирот, я взяла в семью четверых детей. Это, конечно, очень тяжело, имея своих четверых.
Но, тем не менее, хочу сказать, как верующая православная христианка, что любой закон, который принимается в нашем государстве, посылает Господь для вразумления наших людей. Почему-то только сейчас люди озаботились этой проблемой. Для этих детей, которых усыновляют за границей, это конечно шанс стать кем-то. Действительно, дети-инвалиды, попадая в Америку, или в какие-то другие страны имеют возможность как-то реализоваться. Там девочки-спортсменки золотые медали завоевывают, а у нас здесь дети-сироты действительно погибают. У нас детей сознательно делают инвалидами в детских домах, и они потом на всю жизнь попадают в психоневрологические интернаты. Ни для кого это не секрет, ничего нового я не открываю. Но, самое главное, что, отдавая детей за границу, мы признаемся в собственном поражении. Если после Гражданской, после Великой отечественной войны открывали детские дома для того чтобы там воспитывать детей тех, кто погиб на фронте, то сейчас туда попадают в основном дети асоциальных родителей, и никому такие дети абсолютно не нужны. Но мы должны воспитывать своих детей сами, мы не можем отдавать их куда-то. Если каждый депутат, который сейчас принял этот закон, возьмет хотя бы по одному ребенку из детского дома, то уже будет польза. Если они своим примером продемонстрируют, что можно взять ребенка и подарить ему семью, подарить ему будущее, подарить ему образование, помочь ему стать депутатом, врачом или полицейским. Главная задача – нам самим обратить внимание на этих детей, на эту проблему. Понять, что она существует, она страшная, о ней надо кричать постоянно.

Ю.Т.: Вы говорите о том, как было бы хорошо, если каждый депутат взял хотя бы одного ребенка. Но это же абсолютно утопичная ситуация, абсолютно нереальная. А та тысяча детей в год, которых усыновляли – вполне реальны…

О.Г.: Только личным примером можно доказать, что есть добро. Мой дедушка, герой Советского союза, доказал, что можно жить и умереть ради своего отечества. Так же должны делать и другие люди. Проблемы свои, внутренние, мы должны здесь решать. Сейчас пришло такое время, когда Господь показал, что по-другому, может, и нельзя уже никак, не обращают люди внимания на этих сирот, не нужны они никому. 130 тысяч детей в год попадает в детские дома…

И.Г.: Если мы разрешаем усыновлять, отдаем своих детей-сирот за границу, значит, мы признаем, что государство не в состоянии о них заботится. Вещь действительно неприятная. Но, получается, что теперь мы не будем признавать свою несостоятельность. Пусть они погибнут, но не признаем. Вот такой ценой мы поддерживаем свое национальное достоинство. О чем вы говорите? Чтобы каждый депутат усыновил сироту, инвалида. Для этого надо быть высоконравственным человеком. А свою нравственность депутаты показали нам сейчас очень ярко.
Если начинать решать эту проблему, то надо решать ее глобально: нужна национальная программа с вложением огромных средств, которых нет.

Ю.Т.: Оксана, расскажите, а насколько вообще сложна процедура усыновления для россиян, насколько она длительна?

О.Г.: Должны быть проверены жилищные условия, заработная плата, необходимо согласие всех членов семьи. Мы проходили врачей, собирали соответствующие справки. Все документы мы собирали около двух месяцев. Сейчас, кстати, есть закон о необходимости прохождения школы приемных родителей. Я лично этот закон поддерживаю, потому что вижу, сколько неподготовленных людей берут детей из детских домов, и потом отводят их обратно.

Ю.Т.: А может, принятие этого закона окажет положительный эффект? Он уже привлек к себе много внимания, вдруг россияне теперь станут больше усыновлять сами?

И.Г.: Этот вопрос действительно всколыхнул всю страну, создал напряжение в обществе. Хорошо бы, если бы были какие-то результаты. Я был бы даже рад, если мы, запретив американцам усыновлять сирот, потратили условно сто миллиардов рублей, для того чтобы дать будущее этим детям внутри нашей страны. Ради бога, я буду обеими руками за такое решение. Но, я боюсь, что все закончится красивыми словами, лозунгами, и все пойдет, как и раньше. А, в принципе, эта проблема же вторична. Решать-то надо глобально – откуда они, дети-сироты берутся. Надо решать не проблему усыновления сирот, а того, чтобы их не было, чтобы дети росли в семьях. А тут уже затрагиваются такие глубинные проблемы – проблемы повальной нищеты населения, умирания целых городов, и т.д.
Ну а что касается всей истории, связанной с принятием этого закона, единственная возможность для нас сохранить честь и достоинство – разработать конкретную программу с привлечением колоссальных финансовых средств для решения проблемы сирот в России.

Источник: http://www.zhukvesti.ru/articles/detail/32507/